— Тем более когда им грозит крах, — усмехнулся Брайан. — А между тем своевременный совет мог бы исправить дело.

Пэтти нахмурилась.

— Ваш? С чего это вы решили давать мне советы?

Он вновь неспешно скользнул по ней взглядом, задерживаясь на каждой детали фигуры. Затем посмотрел в глаза и медленно улыбнулся.

— Скажем, из чувства сострадания. Больно наблюдать, как молодая красивая женщина в одиночку сражается с неприятностями.

Сострадание! Пэтти подавила мрачную усмешку. Как будто ему знакомо это чувство… Нет, тут определенно скрывается то-то другое.

— Если надеетесь умаслить меня или каким-то образом обойти, то напрасно, — сдержанно произнесла она. — У вас ничего не получится — Долл я вам не отдам.

— Послушайте, разве вам не хочется решить дело миром? — после минутной паузы вкрадчиво обронил Брайан. — Почему обязательно нужно воевать?

Ответ нашелся у Пэтти мгновенно.

— А что это вы всполошились? Проиграть боитесь?

Губы Брайана изогнулись в снисходительной усмешке.

— Нет. Я в себе уверен.

4

Недолгий путь до дома Пэтти преодолела на своем «бьюике» с сильно бьющимся сердцем. Ее встревожили слова, оброненные Брайаном перед уходом. Их тон не играл особой роли, но суть — другое дело. Пэтти не могла не признаться хотя бы себе самой, что Брайан прав — с точки зрения закона и правовых отношений.

Оставив «бьюик» перед построенным еще прадедом каменным особняком — небольшим, но красивым и очень уютным, — Пэтти взбежала по ступенькам на крыльцо. Там невольно задержалась на минутку, с наслаждением втянув запах растущих под окнами кремовых роз — любимых цветов бабушки Дженни, покойной жены деда Теда. Эти кусты она посадила пять лет назад, и они до сих пор чувствовали себя превосходно. Все благодаря Теду, продолжавшему за ними ухаживать.